загрузка...
Блоги
Дзебак Владимир Дзебак Владимир РОЗДУМИ ПРО НАДВАЖЛИВЕ або ЧОМУ НАШІ ОЛІГАРХИ СТАЛИ МОГИЛЬЩИКАМИ НИНІШНЬОЇ УКРАЇНИ

Головним інструментом нинішніх олігархів є безправний люмпен, який живе на подачках від держави, на грані фізичного виживання. Ось чому значна частина пенсіонерів є найкращим їх електоратом, який і допомагає часто приводити до влади їх ставлеників. Для малого і середнього бізнесу сьогодні закриті економічні ліфти у цілих галузях економіки, бо з кожним роком сфери зацікавленості олігархії збільшуються, перекриваючи кисень усім іншим.

Все блоги
Колонка автора
Все колонки авторов
Петиции ВАП
ВИМАГАЄМО ІНДЕКСАЦІЇ НАШИХ ПЕНСІЙ!!!
2 Подробности Подать заявку
Опрос
Придерживаетесь ли Вы правил карантина?

Фронтовики в шоке: вандалы нарушили вечный покой погибших солдат

Увеличить шрифт Уменьшить шрифт
Отправить
Печатать

Узнав об ограблении братской могилы, 88-летний хуторянин из Старобешевского района Донецкой области Иван Момот пообещал устроить отморозкам то, что довелось ему сполна пережить при форсировании реки Молочной.

Ежи станут длиннее

Когда жителей села Стыла и хутора Петровский после выборов в местные советы опрашивали, почему они единодушно избрали на пост головы Николая Чираха, ответы были примерно одинаковы: "Он - порядочный человек, а главное - душевный". Однако, как оказалось, доброта тоже имеет свои пределы. Так, ещё будучи директором сельхозпредприятия, Николай Ставриевич дважды вступал в схватку с добытчиками металлолома. Первый раз земляк Паши Ангелиной схлестнулся с грабившими теплицы "металлистами", а во второй раз ему пришлось отбиваться от лихих людишек, которые пытались вывезти установленную на правом берегу легендарную "тридцатьчетвёрку". И хотя в обоих случаях Николаю досталась роль оборонявшейся стороны, воришки потерпели жесточайшее поражение.

Подобная участь неминуемо постигла бы и неизвестных, которые под занавес новогодних праздников позарились на братскую могилу в центре Петровского. Однако действовали они глубокой ночью, когда все порядочные люди досматривают сны, и вдобавок ко всему прошедший дождь смыл все следы. Сообщив о чрезвычайном происшествии в райотдел милиции, сельский голова провёл собственное расследование, к которому днём позже подключился и автор этих строк. В результате были оповещены сотрудники правоохранительных органов соседнего Волновахского района, которые пообещали проверить все имеющиеся на подведомственной территории скупки металлолома.

Впрочем, Николай Чирах иллюзиями себя не тешит. По его мнению, украденные чужаками с мемориала противотанковые ежи окольными путями вывезены за пределы округи. Поэтому сельский голова, не дожидаясь результата розыскных мероприятий, обратился за помощью к спонсорам.

- Заказ на изготовление копий украденного принят, - рассказывает представитель власти. - Насколько известно, к работе уже приступили. Правда, сваренные из железнодорожных рельсов ежи будут иметь некоторое отличие. В частности, я попросил удлинить основания. Как только наступит весеннее тепло, вмуруем их намертво в почву рядом с братской могилой.

Злодеи растаскивают хутор

Когда я упоминал о двух баталиях Николая с добытчиками металлолома, то вовсе не имел в виду рукопашную. Как вы правильно понимаете, доброму человеку, а тем более представителю власти негоже применять физическую силу даже против моральных инвалидов. А вот восьмидесятивосьмилетний фронтовик из Петровского Иван Момот клятвенно пообещал учинить расправу над осквернителями братской могилы.

- Я плохо слышу и передвигаюсь исключительно при помощи самодельного посоха, - заявил он журналисту. - Но если мне подскажут адрес негодяев, пойду пешком и устрою им то, что сполна хлебнул на подступах к Молочной и при самой переправе.

А пережить Ивану Тарасовичу пришлось, пожалуй, больше, чем судьба отмеряет среднестатистическому гражданину. Прошёл военными дорогами несколько тысяч километров, десятки раз ходил в атаку, терял боевых побратимов, неоднократно сам бывал на миллиметр от гибели. Поэтому, думаю, если бывший солдат и устроит расправу над вандалами, то ему сей грех безоговорочно простят право-охранительные органы, простые люди и сам Господь.

Ещё больше разволновалась супруга фронтовика, восьмидесятичетырёхлетняя Мария Евтихиевна.

- За такое злодейство руки-ноги отрывать надо! - воскликнула она. - Эти отморозки, похоже, решили совсем доконать хутор. Вы пройдитесь по улицам, загляните на фермы. Везде - покинутые дома да развалины. Во что только воры превратили клуб, школу. Разломали и утащили всё, что представляет хоть малейшую ценность. А теперь вот добрались до братской могилы. Да что это мы сидим в сумерках?..

Увы, лампочка тут же перегорела. Попытка заменить её резервной оказалась безуспешной. Скорее всего, отказал слепленный из кусков проводки эклектический шнур. Звоню Николаю Ставриевичу и прощу оказать содействие старикам.

-  Этим делом займусь немедленно, - ответил сельский голова. - Хотя оно и не входит в служебные обязанности, но здесь, как говорится, случай особый. А о братской могиле и событиях осени сорок третьего года более подробно может рассказать бывший комбайнер Николай Пупко. Он живёт через дом.

Ордена и медали потянули лишь на полторы тысячи пенсии

У бывшего механизатора увесистая кипа грамот и дипломов от правления колхоза имени Ленина до Выставки достижений народного хозяйства, а на выходном пиджаке - ордена Октябрьской революции, Трудового Красного Знамени, шесть медалей. И весь этот иконостас Родина оценила в полторы с небольшим тысячи гривен пенсии.

- Мы тогда жили в соседнем хуторе Первомайский... Нас потом переселили в Петровский, а прежнее название оставили улице. Так вот, в сентябре сорок третьего мне исполнилось как раз одиннадцать лет, на высоте у околицы нашего хутора немцы оставили заслон. На него и напоролось передовое подразделение освободителей, - вспоминает знатный хлебороб. - Бой получился скоротечным и кровавым. Раненые заполнили не только палатки медсанбата, а и хаты односельчан...

- Помнишь бабку Москаленчиху? - прервала беседу супруга орденоносца Любовь Ивановна. - Как она голосила, когда у неё на руках скончался молоденький солдатик...

- Такое разве забудешь, - отозвался Николай Андреевич. - А заодно - разбившийся на наших глазах советский бомбардировщик. Я только затрудняюсь вспомнить: увезли ли тогда тела пилотов, или же похоронили вместе с павшими у подножия высоты и умершими от ран... Ну а когда нас переселяли, то на новое место перенесли и прах воинов.

- Здесь, в Петровском, тоже было захоронение, - вновь вклинилась Любовь Ивановна. - Останки погибших школьники собирали по буграм и свозили в центр хутора... И как только поднялась рука нарушить вечный покой погибших солдатиков?

Вопрос хозяйки дома праздным не назовёшь. Если разобраться по существу, сельская глубинка, по сравнению с промышленными городами, находится в куда более худшем положении. Разбитые в пух и прах дороги, брошенное жильё, ободранные остовы коровников, школ, детсадов, клубов. А теперь моральные уродцы добрались и до братской могилы, единственному месту, где дважды в году, на День Победы и освобождения Донбасса от гитлеровских поработителей, собирались хуторяне. Утешает лишь то, что украденные с мемориала противотанковые ежи с наступлением весны вновь займут законное место. По крайней мере, в этом твёрдо уверен стыльский голова Николай Чирах, человек добрый, но никогда не дававший спуску негодяям всех сортов и мастей.

Юрий Хоба

К списку новостей