загрузка...
Блоги
Дзебак Владимир Дзебак Владимир РОЗДУМИ ПРО НАДВАЖЛИВЕ або ЧОМУ НАШІ ОЛІГАРХИ СТАЛИ МОГИЛЬЩИКАМИ НИНІШНЬОЇ УКРАЇНИ

Головним інструментом нинішніх олігархів є безправний люмпен, який живе на подачках від держави, на грані фізичного виживання. Ось чому значна частина пенсіонерів є найкращим їх електоратом, який і допомагає часто приводити до влади їх ставлеників. Для малого і середнього бізнесу сьогодні закриті економічні ліфти у цілих галузях економіки, бо з кожним роком сфери зацікавленості олігархії збільшуються, перекриваючи кисень усім іншим.

Все блоги
Колонка автора
Все колонки авторов
Петиции ВАП
ВИМАГАЄМО ІНДЕКСАЦІЇ НАШИХ ПЕНСІЙ!!!
2 Подробности Подать заявку
Опрос
Придерживаетесь ли Вы правил карантина?

Невероятная история. Инвалид из Донецка ежедневно эвакуирует пожилых и детей

Увеличить шрифт Уменьшить шрифт
Отправить
Печатать

В Донецке сейчас живет Рома. Ему 35 лет и у него ДЦП. Поэтому Роме трудно говорить и двигаться. Но вместо быть того, чтоб быть человеком с особыми потребностями, он стал человеком с особыми возможностями - эвакуирует мирных жителей из зоны боевых действий.

Texty, которые разыскали парня, приводят рассказ парня без комментариев. Вот он:

Куда я поеду? Я здесь родился. Я люблю Донецк, это моя родина. Я украинец. Да, конечно, я не хочу, чтобы Донецк стал Россией. И если он станет, я уеду - в Украину. Но пока - зачем? Я хочу что-то делать - хорошее. Однажды спросили: надо отвезти человека со Снежного в Красноармейск, кто может? Я подошёл и сказал: хочу ехать. Только у меня нету денег на бензин. Уже две недели вожу людей.

Я за 35 лет жизни на Донбассе не могу найти себе роботу, потому что я инвалид. В обыкновенное время я просто не занят. А во время этой несчастной войны оказалось - я что-то могу. Я не хочу никуда уезжать. Но вчера меня страшно испугали.

Вчера был в Шахтерске. Ездил за дедушкой. И меня там взяли бандиты ДНР. Подставили к виску дуло. И первый их вопрос какой-то дурацкий: ты баптист? А я в шоке и в испуге сказал: нет.

Спросил: почему баптист? А они сказали: "Это наши первые заклятые враги - они агенты Америки". Кинули меня в мою машину и ехали со мной: два впереди, а я сзади. Угрожали в ОДА отвести. А сзади полный автобус детей и бабушек. И бандиты в автобусе – с пистолетами. Они, по-моему, убегают с Шахтерска и им нужен живой щит.

Они везли бабушек - в Донецк сидя вместе с ними в автобусе. И таким способом они как будто бы сами убегают сюда. Меня взяли - я не смог забрать вчера дедушку. Пистолет к виску. Я говорю: мне страшно. А один выстрелил в небо и спрашивает: а так тебе страшно?

Самое страшное было - это когда я приехал в Пески, а ехал по полям, потому что уже везде плиты стоят – не пропускают. Вижу - идут бабушки. Спрашиваю: я проеду в Пески? Они сели ко мне в машину и показали, как объехать мины. А потом сказали: здесь остановись, дальше пешком. И я шел пешком. Вижу - везде мины и растяжки.

Я нашел бабушку 96 лет, у которой в доме крыша разбита. Она сидит в погребе. А там по колено воды. Четыре дня она жила в погребе. Она меня вызванивала неделю. И три километра до машины этой моей шла пешком. По всем Пескам лежат ракеты и вкручены в землю ракетницы. Там война.

Я только сейчас понял, что значит выражение "стреляные люди". Им уже все равно. Когда я вывозил людей со Снежного, в мою машину уместились 13 человек. Я даже не понял, как. Сначала одиннадцать и говорят: еще в Шахтерске надо подобрать два человека. Я говорю: как?!

Подъезжаю к Шахтерску. Там два дедули. Говорят - мы поместимся. Я говорю: куда?! Нельзя! Уже невозможно. Отъезжаю - они заплакали. Я возвращаюсь за ними и они залазят! Как - я не знаю.

У одного прописка львовская. На каждом блокпосту проверяют паспорта. Это хана! Он как-то так лег под ноги женщинам, что его не нашли. И я их отвез в Славянск. Я думаю, что это не я - это кто-то свыше.

На той неделе девочку с Областной детской больницы вывозил. Она только родила младенца. Я их вез в Краматорск и все дороги были заблокированы. Нам какой-то проходящий дедушка откинул скаты и мы проехали. А там мины. Она начала плакать и плакала всю дорогу, что ми подорвемся на мине.

Ми полями как-то выехали на Константиновскую трасу. Два часа выезжали с Донецка, чтобы на трасу попасть. Ясиноватая заблокирована - не попадешь. И когда мы приезжаем в Краматорск, ее папа со слезами - ко мне. Начал обнимать. А я не могу этого даже представить. За что? Я всего лишь прокладка между рулем и педалями.

Тут какой-то сатанизм. Страшно. Хотя, кому я нужен? А моего друга, который поехал за вторым дедушкой, полторы суток ищут. Взяли в Шахтерске и не отпускают. Вот точно так, как меня, взяли. Но меня отпустили здесь, а его нет. Я его ищу. Все ищут и не знают, где он. Страшно. Я бы мог быть на его месте.

А вы откуда? Вам не страшно? Донецк всю Украину вымазал в крови. Вот мне, например, стыдно, что я с Донецка. Потому что здесь гибнут сотни людей. И непонятно - за что?! Ребята гибнут. У меня есть спутниковая тарелка, я наблюдаю и ту, и ту информацию, и вижу, что Россия не сдается. Страшно.

А вас нужно приютить? Тут проверяют прописку. И забирают без вопросов. Вам не страшно? Простите, что я с Донецка.

К списку новостей